Каса, адмiнiстрацiя
(044) 253-62-19

Мокрое дело, или "Безумный день" в Театре юного зрителя

     Юлия БЕНТЯ

     газета "Коммерсант", 25 мая 2011 г.

 

     Строго говоря, нынешнюю постановку «Безумного дня» нельзя назвать полноценной премьерой. «Женитьба Фигаро» Бомарше в постановке Виктора Гирича и сценографии Михаила Френкеля уже шла в ТЮЗе, но мало-помалу умирали сросшиеся со своими ролями актеры, что-то в спектакле постоянно менялось, и постепенно он исчез из репертуара. Возвращение – под новым названием и с обновленным исполнительским составом, но все с теми же двумя подвесными террасами и бассейном на месте оркестровой ямы – получилось фееричным. То ли гениальный текст Бомарше магическим образом подействовал на актеров, то ли нравственно аккуратный репертуар детского театра им порядком наскучил, но вынутая из пыльного сундука комедия переливается всевозможными гранями юмора, эпатажа и искрящейся эротики на грани непристойности.

 

     Виктор Гирич создал спектакль-стилизацию. Прозаический текст то и дело перемежается дублирующими действие отрывками из «Свадьбы Фигаро» Моцарта, когда актеры пытаются подпевать звучащим в записи ариям. На симфонические увертюры Россини покушаются гораздо реже. Получается, конечно, не "дуэт согласия", а комедийная пантомима: оперная музыка здесь играет роль напудренного парика, которым Фигаро, Альмавива и другие герои пытаются замаскировать свои истинные мысли и намерения.

 

     На фоне созданных Константином Кравцом костюмов в стиле рококо, ритуальных хороводов в постановке Аллы Рубиной и свисающих на канатах густо оплетенных зеленой растительностью террас даже вполне современный на вид бассейн, к которому приставлены два «писающих мальчика», воспринимается здесь как необходимая часть антуража. Казалось бы, эта изобильная декоративность должна идти вразрез с третьесословным пафосом гениальной пьесы, но режиссер и актеры заставляют работать каждую сценическую деталь (включая скульптурных ангелочков), добиваясь ощущения неслучайности каждого момента и превращая «мертвую» театральную материю в живую.

 

     В хорошем спектакле, как в жизни, не бывает мелочей, и «работающая» сценография пробуждает даже те характеры, которые для Бомарше мало что значат. С этими мыслями Виктор Гирич проводит зрителя через интриги и столкновения интересов к хеппи-энду, по очереди окуная всех персонажей комедии в воду. Так, например, Максим Михайличенко в роли графа Альмавивы (одна из самых сильных работ спектакля) украшает погружением в бассейн свой первый выход на сцену в нижнем белье: он ведь играет уставшего господина с подмоченной репутацией, готового, однако, на многое ради достижения цели.

 

     При этом вода действует на всех по-разному. Керубино (Алексей Петрожицкий), прячась в воде под кустом водорослей, взрослеет, а Графиня (Анжелика Гирич) учится принимать решения и отстаивать свои интересы. Фигаро (Валентин Томусяк) после погружения начинает иначе смотреть на мир – вода будто смывает пелену с его глаз, а великолепная Сюзанна (Инна Беликова) в полной мере осознает свою женскую силу.

 

     Водораздел между старшим и молодым поколением персонажей проходит именно по бортику бассейна. Вода меняет, но ни ключнице Марселине в высоченном рыжем парике (Марина Лях), ни учителю музыки Базилю (Владимир Плахов), ни доктору Бартоло (Александр Ярема), ни всем прочим судьям, секретарям и приставам это не нужно. В конце концов, у зрителей тоже есть выбор: сесть в первый-второй ряд и быть с ног до головы облитым водой или же наблюдать представление издалека. Но, так как на дворе почти лето, имеет смысл рискнуть.